Blood - Drudkh

Гомоніла Україна,

Довго гомоніла,

Довго, довго кров степами

Текла-червоніла.

Текла, текла та й висохла.

Степи зеленіють;

Діди лежать, а над ними

Могили синіють.

Та що з того, що високі?

Ніхто їх не знає,

Ніхто щиро не заплаче,

Ніхто не згадає.

Тілько вітер тихесенько

Повіє над ними,

Тілько роси ранесенько

Сльозами дрібними

їх умиють.

Зійде сонце,

Осушить, пригріє;

А унуки?

їм байдуже,

Панам жито сіють.

Багато їх, а хто скаже,

Де Гонти могила, —

Мученика праведного

Де похоронили?

Де Залізняк, душа щира,

Де одпочиває?

Тяжко!

важко!

Кат панує,

А їх не згадають.

Гомоніла Україна,

Довго гомоніла,

Довго, довго кров степами

Текла-червоніла.

І день, і ніч гвалт, гармати;

Земля стогне, гнеться;

Сумно, страшно, а згадаєш —

Серце усміхнеться.

Тарас Шевченко

Homonila Oekraïne,

Lange roddels,

Lang, lang bloed in de steppen

Het stroomde rood.

Het stroomde, stroomde en droogde op.

De steppen zijn groen;

Grootvaders liegen, en over hen

De graven zijn blauw.

Dus hoe zit het met lang zijn?

Niemand kent ze,

Niemand zal oprecht huilen,

Niemand zal het zich herinneren.

Alleen de wind is stil

Blaas over hen heen,

Alleen vroeg dauw

kleine tranen

ze worden gewassen.

De zon zal opkomen

Afvoer, verwarmt;

En de kleinkinderen?

het kan ze niet schelen

Heren zaaien rogge.

Velen van hen, en wie zal het zeggen

Het graf van De Gaunt, -

De martelaar van de rechtvaardigen

Waar is hij begraven?

Waar Zaliznyak, oprechte ziel,

Waar rust hij?

zwaar!

moeilijk!

De beul regeert,

En ze zullen niet worden herinnerd.

Homonila Oekraïne,

Lange roddels,

Lang, lang bloed in de steppen

Het stroomde rood.

En dag en nacht geweld, geweren;

De aarde kreunt, buigt;

Verdrietig, eng, en onthoud -

Het hart zal glimlachen.

Taras Shevchenko